Нечастный банкинг

Нечастный банкинг

Проблема доминирования госбанков на российском банковском рынке всерьез беспокоит и самих банкиров, и регулятора. Но какие есть реальные альтернативы огосударствлению рынка и действительно ли они более привлекательны?

Несостоявшийся аукцион Банка России по продаже санированного Азиатско-Тихоокеанского Банка (ни один из двух потенциальных покупателей участия в торгах не принял) не позволил хотя бы минимально снизить стабильно растущее присутствие государства в банковском секторе. Впрочем, присутствие — это слабо сказано. Доля государственных и квазигосударственных банков в активах банковской системы приближается к 67% (по официальным оценкам ЦБ) или даже превышает 70% (по экспертным). Более того, удельный вес активов только пяти крупнейших государственных банков в прошлом году составил 60,4%, увеличившись с 55,8% по сравнению с итогами 2017 года. А, например, по такому показателю, как средства физических лиц в банках, доля государственных кредитных организаций увеличилась с 63% в 2017 году до 72% в 2018-м.

Огосударствление банковского сектора давно стало главной проблематикой дискуссий применительно к развитию конкуренции на банковском рынке, лишь усилившись после санации Бинбанка, Промсвязьбанка и «ФК Открытие» в 2017 году.

По абсолютному количеству банков с госучастием мы впереди планеты всей: если учитывать банки, принадлежащие госкорпорациям, регионам, институтам развития, а также санируемые государством, то их наберется почти шесть десятков (более 10% от числа всех банков в стране). Даже Китай может позавидовать — такого числа банков с госучастием нет и в Поднебесной. Ряд банков с госучастием (или даже полным, 100-процентным владением) представляют собой универсальные коммерческие банки. То есть работающие на рынке и находящиеся «в рынке», причем они и разного размера, и разного финансового состояния (что демонстрируют, в частности, сильно отличающиеся у них уровни кредитных рейтингов).

Итак, доля государства на рынке высока, растет быстрыми темпами, это не может не беспокоить как участников рынка, так и регулятора. И аналитики, и банкиры (даже из тех же госбанков), и ФАС, и ЦБ — все как один говорят о том, что надо снизить присутствие государства на банковском рынке или как минимум постараться притормозить его рост.

А что, если и правда частный банковский сектор стал бы существенно больше, как бы это сказалось на конкуренции, эффективности и финансовой устойчивости сектора? Ответ очень неоднозначен.

Где возникает основная проблема с точки зрения конкуренции? Там, где частные банки начинают конкурировать не просто с государственными банками, но с государственными институтами развития. При этом подобные институты могут быть убыточными и должны субсидироваться государством. Проблема начинается тогда, когда такие банки пытаются добиться универсальности — быть и институтом развития, и коммерческим банком. Однако это совсем разные истории: и по требованиям, и по функциям, и по источникам фондирования. Смешение этих функций и требований как раз и искажает рыночную конкуренцию частных и госбанков.

Государственный коммерческий банк (как бы это ни звучало, но это вовсе не оксюморон) может быть убыточным, но не может быть убыточным «вечно» или «постоянно планово». А вот банк развития — может, потому что его задача — некоммерческая, прибыль не является его целью. А что получается, если госбанк — коммерческий банк развития и при этом выходит за рамки допустимого ухудшения финсостояния? Мы рискуем вместо too big to fail получить too state to fail. При этом клиенты и рынок воспринимают эту историю так: каким бы «плохим» по финансовым показателям и устойчивости он ни был, раз он государственный — ему помогут, будут спасать, субсидировать, докапитализировать. На самом деле это не совсем так, но это мнение все более устойчиво.

Однако это наша текущая проблема. А что было бы, если бы частные банки вместо государственных составили бы, например, 2/3 рынка? Частные — разумеется, не иностранные «дочки», а именно типичные банки с самой распространенной моделью бизнеса. Отдельная история — розничные монолайнеры и новая волна цифровых банков для МСП (таких не очень много в общих объемах активов рынка). В большинстве своем типичный нерозничный частный банк создавался как кэптивный (читай: карманный) банк для ФПГ. Это и есть главная — родовая — травма отечественного банковского бизнеса. Некоторые из них остались небольшими банками, большая часть из них уже покинула нас и отправилась в страну вечных кредитов. Часть таких банков выросла, сохранив привязанность к холдингам (некоторые выросли так сильно, что потеряли равновесие). Полагаю, что объяснять риски такой модели бизнеса излишне.

Какие же частные банки были бы лучшей перспективой для российского рынка? Корпоративные банки — не в смысле работающие с бизнесом, а корпоративные по структуре своих акционеров — настоящие акционерные общества без преобладания одного или нескольких акционеров, с большим числом миноритариев, с настоящими корпоративными процедурами принятия решений, оценки рисков, стратегии развития.

Только подобная форма собственности, при которой возникают нормальные атрибуты корпоративного банковского управления, является по-настоящему устойчивой. И здесь не возникнет ситуации, когда слово единственного акционера — закон, что может привести к миллиардным убыткам, когда нет двух собственников, которые могут поссориться, в итоге корпоративный конфликт выльется в серьезные проблемы для бизнеса, нет материнской структуры, интересы который необходимо учитывать и обслуживать в первую очередь, где банк — слабое звено и им можно пожертвовать.

К сожалению, примеров подобных частных банков на российском рынке не так много. Но они есть. Доля таких банков растет быстрее, чем даже у их более крупных, но имеющих упомянутые проблемы конкурентов. Просто потому, что по-настоящему частные банки более «здоровы» и устойчивы, более гибко и оперативно реагируют на внешние изменения. При этом на банковской «поляне», как любят говорить банкиры на своих конференциях, места хватает всем. Есть целые сегменты рынка, где доля частных банков, включая и иностранных игроков, гораздо выше, чем в целом по рынку. Например, кредитование малого и среднего бизнеса, расчетно-кассовое обслуживание, ряд розничных сегментов кредитования. Концентрация игроков там ниже, конкурентные преимущества у частного сектора вполне весомые.

Что с этим можно сделать дальше? Во-первых, реформировать систему госбанков, устранив противоречия между коммерческими целями и задачами развития. Во-вторых, при дальнейших планах приватизации санируемых банков учесть оптимальную модель акционеров: постараться сделать их реальными акционерными обществами со множеством акционеров. Вот где как раз поле для «народного» IPO. И главное: частный некэптивный банкинг в России есть и будет — он наращивает свое присутствие на рынке, и именно это внушает оптимизм.

Самые оперативные новости экономики на нашем Telegram канале

Читайте также

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.