Импортозамещение как новая индустриализация: формула экономического чуда в кредитовании

Импортозамещение как новая индустриализация: формула экономического чуда в кредитовании

После 24 февраля на нашу страну обрушился настоящий санкционный шторм. Премьер-министр РФ Михаил Мишустин утверждал в конце апреля, что ограничений насчитывается более 6 тыс. Спикер Госдумы Вячеслав Володин в мае говорил, что если подсчет вести с 2014 года, то введено уже свыше 10 тыс. санкций. Россия, по заявлениям аналитиков, еще в марте возглавила рейтинг стран по количеству введенных против нее ограничений, обогнав Сирию, Иран и даже КНДР.

Основная тяжесть от санкций легла на плечи российского бизнеса, который и хотел бы использовать открывающиеся в кризис возможности, но не знает, где взять деньги на это удовольствие. Банки не спешат облегчать предприятиям жизнь, указывая, что ждут сигналов от ЦБ РФ по ключевой ставке. Какой она должна быть, чтобы программа по импортозамещению в России стала индустриализацией XXI века, «МК» рассказали эксперты Института экономики роста имени П.А.Столыпина.

Президент РФ Владимир Путин в своих заявлениях не раз подчеркивал, что политика сдерживания и ослабления России – это долгосрочная стратегия Запада, а санкции нанесли серьезный удар не только по нашей, но и по мировой экономике. Они направлены на ухудшение жизни миллионов людей. В этой связи возникает вопрос, есть ли в нашей стране такой же долгосрочный ответ на попытку «недружественных стран» затормозить развитие России? Обычно говорят, что есть, и он носит собирательное название «Программа по импортозамещению», которую можно считать новой формой проведения индустриализации. Глава государства действительно призывает рассматривать текущее положение дел как «окно возможностей» и активно приглашает российский бизнес занимать освободившиеся после ухода зарубежных брендов ниши. Как конкретно это делать в условиях, когда с конца февраля ключевую ставку ЦБ РФ сначала поднял до 20%, а потом четыре раза снизил, а курс рубля скачет, как заяц – в марте за доллар давали 120 рублей, а в июне он проседал до 53 рублей, – вопрос открытый.

Положение большинства российских компаний за последние четыре месяца – с конца февраля по июнь – ухудшилось. Если под действовавшие до 25 февраля ограничения попадала лишь четверть предпринимателей, то сейчас уже 84%. Такие данные привел бизнес-омбудсмен и эксперт Института имени П.А. Столыпина Борис Титов по результатам первого мониторинга состояния бизнеса в условиях санкций. В конце мая уполномоченный при президенте России по защите прав предпринимателей провел еще один опрос: из 6003 компаний в России 86,8% попали под санкции. Из них 11,7% были вынуждены закрыться полностью или частично. При этом 77,4% предприятий смогли адаптироваться к санкциям.

Для переориентации и модернизации, да даже для открытия новых линий производства, нужны деньги. А кредиты остаются недоступными, несмотря на последовательную политику ЦБ РФ по снижению ключевой ставки. «Разрыв цепочек поставок, волатильность макроэкономических переменных привели к формированию у предприятий кассовых разрывов, которые надо покрывать, – говорит Титов. – Однако по ставке больше 20% делать это было невозможно и дорого, да и требования банков даже по той ставке сильно ужесточились». Сейчас, со снижением ключевой ставки, кредиты брать стало проще, но для целей развития эта ставка все еще высока. Для сравнения в Китае и Малайзии стоимость корпоративных кредитов для конечных заемщиков – 4,5–5%. «Так мы в конкуренции не выиграем», – считает бизнес-омбудсмен.

На прошедшем в июне форуме ПМЭФ-2022 в кулуарах представители финансовых властей говорили о возможном снижении ключевой ставки до 7,5% до конца лета, однако пока это только слухи. «Но даже при этой ставке кредиты будут обслуживаться примерно под 10%, – отмечает Титов. – Это еще не конкурентная ставка для инвестиций, хотя и относительно приемлемая для кредитов на оборотные средства. Поймите, если говорить серьезно, России нужна программа инвестиционного кредитования в объеме нескольких триллионов рублей по ставке 3–5%. Возьмем проект советской индустриализации или количественное смягчение в США – ресурсы-то были направлены бешеные. А так – по чуть-чуть и иногда – это к настоящей диверсификации и настоящему росту не ведет».

По мнению бизнес-омбудсмена, поскольку у правительства есть опасения, что предприятия в России не умеют оптимально тратить большие средства, значит, надо сделать дорожную карту о том, как обеспечить целевое использование. «Есть эскроу-счета, в конце концов, есть проект цифрового рубля, есть опыт вложений по механизму SPAC (специальные технические компании для выхода на биржу), взятый из США, кстати, – продолжает Борис Титов. – Финансовый капитал – не богатство, а средство реализации масштабных экономических целей. Главное, чтобы это понимание появилось в головах финансовых чиновников». Однако пока что они относятся к деньгам как к богатству, а не средству управления экономикой, с сожалением отмечает эксперт.

Следует отметить, что кредитная поддержка российскому бизнесу оказывается. Так, системообразующим предприятиям, по данным Минэкономики, выдано около 960 млрд рублей (более 50% лимита), малому и среднему бизнесу – 450 млрд рублей (свыше 50% лимита). Также запущена программа льготного финансирования импорта – выдано 2,5 млрд рублей при лимите в 800 млрд, причем, в основном, оборотных.

Однако в реальности предпринимаемых правительством мер поддержки недостаточно. Так, инвестиционных кредитов, как утверждает уполномоченный по защите прав предпринимателей, бизнесу выдается раз в 10 меньше, чем нужно, и они непопулярны. «Ставка по ним ведь 13,5–15%, а сейчас обычная уже 11%, – объясняет Титов. – Поэтому программы поддержки, конечно, помогли, но их роль куда скромнее, чем при коронавирусном кризисе».

Без реализации последовательной программы по доступности всех видов кредитов для бизнеса технологических прорывов, новой индустриализации с ее комплексным импортозамещением в критичных для экономики отраслях ждать придется долго. По мнению ректора Российской экономической школы Рубена Ениколопова, спад ВВП РФ по итогам 2022 года превысит 10%, а переход нашей экономики к росту произойдет не ранее 2024 года. При этом осуществить возвращение ключевых показателей к уровням начала 2022 года не удастся даже за 3–5 лет.

Если правительство действительно хочет добиться экономического чуда в короткие сроки, нужна предсказуемая финансовая политика. Все виды кредитов для бизнеса должны быть доступными, а процентная ставка низкой, причем настолько, чтобы продукция отечественных производителей была конкурентоспособной на мировом рынке. У предпринимателя должен быть выбор предложений от банков: конкуренция оздоравливает кредитный рынок.

Без низкой ключевой ставки ЦБ РФ и последовательной политики регулятора провести индустриализацию XXI века, достичь масштабного импортозамещения будет невозможно, уверены эксперты.

Самые оперативные новости экономики в нашей группе на Одноклассниках

Читайте также

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.